1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Продолжается набор в психотерапевтические группы. Утреннюю и вечернюю.

 

gestalt-theory

У групп будет два ведущих, я, Мария Романцова, директор семейного центра "Сближение", семейный психолог, гештальт-терапевт (сертифицированный), сертифицированный фасилитатор психотерапевтических групп, и Юлия Терехова, моя коллега, гештальт-терапевт (сертифицированный), тренер, ведущая психотерапевтических групп (сертифиированный).

Многие сегодняшние мастера, которые ведут группы, обучающие программы смотрятся, как супер-пупер совершенные модели для подражания и обучения и очень мало людей, откровенно рассказывающих про то, какими они сами были в начале своего пути. Написать сегодняшнюю статью меня подвигло желание поделиться с вами тем, какой я была раньше, как это сделал в моем присутствии замечательный американский тренер, гештальт-терапевт, Джей Левин, который на меня произвел сильное впечатление. В молодости он был стеснительным человеком (когда он рассказывал об этом, то закрыл лицо ладошками, как бы демонстрируя свою стеснительность) и не мог открыто и прямо не то что про себя рассказать, а, вообще, общаться, а в группе робел и молчал. Когда я смотрела на него, то с большим трудом могла представить, что лет 20-ть назад этот веселый замечательный человек, сильная и развитая личность, мог быть иным. Но он сказал правду, у меня нет оснований в ней сомневаться. Верю. Именно простота его откровенности позволила мне полностью принять всю сложность моих переживаний и поделиться собой.

Следуя его примеру, сегодня мне хочется рассказать про себя, свой опыт, чтобы вы понимали, какой человек и куда вас приглашает.

Немного о себе.

За свою жизнь я проходила совершенно разные мероприятия, не во все группы мне удавалось влиться, поэтому я их оставляла - тогда мне еще не хватало устойчивости, а из каких-то групп мне не хотелось уходить и каждое расставание давалось мне болью, как будто бы я прощалась с самыми близкими и родными людьми. Но каждая группа для меня, как для клиента, была по-своему продвигающей. Такие группы давали мне сильный стимул к работе над собой, учили сопереживанию и, конечно же, стойкости, устойчивости, пониманию душевных переживаний таких же людей, как и я сама.

Когда я только пришла в гештальт-терапию, начинался 2002 год. Прошло 6 лет как я вышла замуж. Не так давно, как мне тогда казалось, умер отец (тоже 6 лет назад) я все еще переживала его смерть. Маленькая дочка постоянно болела. Мое состояние было соответствующее - подавленное. С одной стороны, мне хотелось активно работать, заниматься наукой. С другой стороны, меня душила тоска по ребенку, мне так страшно было оставлять ее, маленькую, одну с чужими людьми. Я ругала себя на чем свет стоит и каждый раз после работы неслась в садик, снося все на своем пути. Мне постоянно хотелось быть с ней, но я не могла себе этого позволить. Нужно было работать, мы с мужем снимали квартиру. Забот хватало. 

Внутренний конфликт подогревали бесконечные сетования моей мамы о том, как она жалеет, что не находилась со мной, когда я росла и развивалась. Да, и критика свекрови, что я не уделяю дочери достаточно внимания, постоянно подтачивала. Чувствуя себя плохой и никчемной матерью, я находилась в постоянном нервном напряжении.

Самокритика просто сжигала меня изнутри. Ребенок часто болел и работала я по такому графику - две недели на работе, три дома на больничном. А когда болеет ребенок, как правило, заболевает вся семья. Все с ребенком тискаются, обнимаются, целуются и заражаются. Работа тоже начала даваться с трудом - мне было сложно сосредоточиться, да и начальство выражало недовольство по поводу частых больничных. Сложно сосредоточиться, когда маленькая, трепетная девочка сползает на пол от кашля, а мне приходилось работать и дома.

Так копилось и нагнеталось мое напряжение. Со всех сторон я оказывалась виноватой - и ребенок без матери растет, и на работе проблемы. Тревога о ребенке, о качестве работы зашкаливала и я часто ходила на работу со всяческими болячками. При этом я искренне старалась быть ответственной, удовлетворять потребности других, а про себя вспоминала крайне редко, как и большинство моих коллег.
Сказать, что тогда меня "ломало" и "прибивало", значит, не сказать ничего. Кроме всего прочего, на носу маячил приближающийся кризис супружеских отношений.
 
Естественно, что я часто жаловалась подругам, как мне тяжело и как все у меня плохо. Мое состояние продолжалось уже некоторое время и как-то позвонила знакомая, которая активно меня поддерживала, с предложением пойти на группу. Я испугалась (неужели меня как-то надо лечить?!) и долго обсуждала с ней по телефону тему необходимости терапии для меня. Ведь я же сама специалист! В общем, она меня убедила. Только после очередного срыва, когда смогла признать, что сама-то я не справляюсь, то, в конце-концов, записалась и пошла. Группа была гештальт-терапевтическая. 
Прошло 13 лет с тех пор, как я записалась на мою первую в жизни группу и постоянно хожу на образовательные и терапевтические мероприятия. Можно посетить два сайта и убедиться в этом лично. Так вот, если сравнить меня "ту", которой я тогда была, и меня "сегодняшнюю", поверьте - небо и земля.

Как-то одна из моих постоянных клиенток сказала, что психотерапевта от клиента отличает только бОльшее число терапевтических часов, я посмеялась и согласилась, потому что это абсолютная правда.

Естественно, что есть люди, у которых и опыта, и терапевтических часов еще больше, чем у меня, радует, что есть у кого и полечиться, и поучиться. Ведь работа и обучение в психотерапии построена по принципу следования и приемственности. Всегда можно выбрать человека, у которого каких-то способностей больше, чем у тебя; и выбрать человека - профессионала, у которого ты можешь и хочешь обучаться. Благо, что выбор есть.

Но тогда первая группа давалась мне так тяжело, что очень скоро я оставила ее и выбрала одного из ведущих в качестве личного психотерапевта. Вместе с ним я прошла 3 года первой личной психотерапии. Потом были другие терапевты и поиск того, с кем мне было бы интересно дальше развиваться.

По прошествии 3 лет в терапии и обучении, я достаточно окрепла психологически и у меня появилось больше устойчивости, и тогда уже сама захотела пройти группу - ничто не может заменить глубокий эмоциональный контакт с участником группы, в которым можно отражаться всеми своими душевными "изгибами" и видеть процессы другого человека. Это отражение позволяет понимать себя и другого на таком глубоком уровне, что не хочется ни осуждать, ни оценивать, а хочется просто быть. Быть с непохожим на тебя человеком, чувствовать различия и учиться с ними как-то обходиться. Это каждый раз абсолютно новая вселенная. Никто за 13 лет среди моих клиентов и коллег ни разу не "повторялся" и я уверена, никогда не будет никаких повторений, потому что каждый целовек - индивидуальность. Никакая типология симптомов или черт личности никогда не сможет отразить всю сложность человеческой души. До сих пор помню всех своих клиентов, начиная с самого первого и могу рассказать процесс-анализ по каждому из них, коллег, с которыми обучалась.

Мне хочется сказать большое спасибо моим учителям, ведь я иногда совсем не лапочка, а требовательный, контролирующий и специфичный клиент (100% эготист). Но у меня есть одна хорошая черта - я обучаемый человек и беру максимально, за что, наверное, меня и терпят, и прощают, и, в итоге, даже любят (некоторые). (Лукаво улыбаюсь))))) Поэтому я ранюсь и переживаю боль, когда труд психотерапевта, моих коллег и учителей сравнивают с походом в ресторан или театр, с модной тросточкой или гаджетом. Как будто бы посещение психотерапевта - роскошь. Для меня труд людей, которые были рядом, сопровождали мои изменения вызывает много благодарности и теплых чувств.

Позже я поняла удивительную вещь, что присутствие других, неравнодушных людей способно приносить облегчение, даже тогда, когда люди не разделяют мои взгляды или убеждения, потому что они рядом, а еще потому, что они также как и я учатся принимать мое отличие от них. 
Затем я пошла на еще одну группу и смогла продержаться там гораздо дольше, чем первый раз, но все эти группы помогли мне стать тем, кто я есть.

У меня на группах были разные ситуации, которые я переживала, как кризисы, трудности, конфликты. Но каждый такая трудность в результате приносила достаточно мощную мотивацию к самопознанию. Ведь то, что я переживала в группе, переживала и в обычной жизни. Например, раньше меня пугало отвержение, мне казалось, что я настолько ранима и не смогу его пережить, поэтому частенько из-за собственных страхов избегала контакта. Когда же я отвергала сама, то мне это казалось настолько естественным, как дышать, и я не задумывалась о чувствах других людей.

Сейчас, когда меня не выбирают, я исследую причину, что произошло в ситуации, какой я была для человека или для группы, что я чувствовала, что происходило с другим человеком или группой, какие у группы или у человека потребности? Спокойно принимаю тот факт, что у человека могут быть другие потребности и я не могу их удовлетворить или не смогу никогда. Я стала устойчивой и гибкой. Теперь когда выбирают меня, а я оказываюсь неготовой к отношениям, я знаю, что могу честно об этом сказать, подобрав такие слова, чтобы не ранить отказом еще больше.

Хочу сказать, что группа - не лампа Алладина (потри и все пройдет), группа - тяжелый труд, но чем тяжелее вам будет в группе (перед группой будет обязательное собеседование, далеко не всем показана группа на первом этапе развития), тем быстрее начнутся долгожданные изменения. В конце концов, группу можно сочетать с личной терапией.

Для тех, кому интересно получить опыт групповой работы, пожалуйста, пройдите по ссылке: http://goo.gl/YcZfFI  и выберите удобное для вас время.


С уважением, Мария Романцова
Тел: 8 926 197 64 39

 

P.S. Обращайтесь с любыми вопросами, которые у вас возникнут

Яндекс.Метрика